Художественная литература народов России
«Журавли» (перевод Наума Гребнева):
Мне кажется порою, что солдаты,
С кровавых не пришедшие полей,
Не в землю эту полегли когда-то,
А превратились в белых журавлей.
Они до сей поры с времён тех дальних
Летят и подают нам голоса.
Не потому ль так часто и печально
Мы замолкаем, глядя в небеса?
Сегодня, предвечернею порою,
Я вижу, как в тумане журавли
Летят своим определённым строем,
Как по полям людьми они брели.
Они летят, свершают путь свой длинный
И выкликают чьи-то имена.
Не потому ли с кличем журавлиным
От века речь аварская сходна?
Летит, летит по небу клин усталый —
Летит в тумане на исходе дня,
И в том строю есть промежуток малый —
Быть может, это место для меня!
Настанет день, и с журавлиной стаей
Я поплыву в такой же сизой мгле,
Из-под небес по-птичьи окликая
Всех вас, кого оставил на земле.
1965 г.
"Каким бы малым ни был мой народ"
Каким бы малым ни был мой народ,
Он всё равно меня переживёт,
И будет жив мой край, гнездо в котором
И белый голубь вьёт, и чёрный ворон.
Я верую, что будет жить, как жил,
Мой малый род, чьё мужество, бывало,
И мужество и силу возвращало
Мне, потерявшему остаток сил.
В долинах будет созревать пшеница,
Как прежде, будут пахари трудиться,
И будет в небесах всходить луна,
И зимними ночами будет сниться
Уставшим людям близкая весна.
И пусть потом иные песни сложат,
Но всё же люди, прошлое ценя,
Те песни тоже будут петь, быть может,
Что пели и при мне и до меня.
И что с тобой, народ мой, ни случится,
Я знаю, будет жив язык родной,
В звучании которого продлится
Моя судьба и век недлинный мой.
С тобою, мой народ, должник твой вечный,
Ни дня я в жизни не был одинок
И сотворил за век свой быстротечный
Хоть и немногое, но все, что мог.
1978 г.
Стоит моя деревня на горке некрутой.
Родник с водой студёной от нас подать рукой.
Мне всё вокруг отрадно, мне вкус воды знаком,
Люблю душой и телом я всё в краю моём.
Здесь бог вдохнул мне душу, я свет увидел здесь,
Молитву из Корана впервые смог прочесть,
Впервые здесь услышал слова пророка я,
Судьбу его узнал я и путь тяжёлый весь.
Запомнились навеки событья детских лет,
Нет времени счастливей, забав беспечней нет.
Я помню, как, бывало, по чёрной борозде
Шагал со старшим братом я за сохою вслед.
Я многое увижу — ведь жизнь ещё длинна.
И ждёт меня, наверно, дорога не одна;
Но только где б я ни был и что б ни делал я —
Ты в памяти и сердце, родная сторона!
1909 г.